О людях, именах, названиях и времени

Бескрайние пепелища, поросшие вездесущей ядовитой «зеленкой» — послевоенной чахлой растительностью, вобравшей в себя радиацию и токсины разлагающегося «наследства» цивилизации… Безжизненные проплешины Мертвых Земель… Торчащие из бесчисленных груд мусора искореженные и искрошенные скелеты из железобетона, кирпича и стали, пасти окон и витрин, скалящиеся пыльными осколками битого стекла – призраки умерших городов. Кое-где на их окраинах, как падальщики на трупе, прилепились поселения тех, кто все-таки выжил… Неровный пунктир разрушающихся дорог из ниоткуда в никуда. Пустые здания бывших заправок или придорожных кафе, где так обожают устраивать засады бандиты всех мастей, а то и кое-кто похуже бандитов. Гораздо хуже… Сомнительный уют и относительная безопасность постоянных поселений – пока и если есть чем заплатить… Это — Великая Западная Пустошь. Это – мир уцелевших…

Жизнь уцелевших в Третьей Мировой войне – бесконечная борьба за выживание, превратившаяся в рутину. Надежда на лучшее будущее здесь редкий гость. Будущее украдено всемогущими Корпорациями и надежно спрятано за охранными периметрами и непробиваемыми стенами Хабов. Все, что осталось уцелевшим, – умирает и заканчивается. Существование даже самых благополучных городков и общин зиждется на быстро иссякающих ресурсах недограбленых руин, а также на старом оборудовании, которое с каждым днем все труднее поддерживать в рабочем состоянии. Радиоактивное и токсичное загрязнение медленно, но неуклонно расползается, поглощая все новые относительно «чистые» земли и источники воды. И, конечно же, сама Пустошь постоянно готова вдруг исторгнуть на последние «очаги цивилизации» очередную толпу, банду или «армию» голодных и отчаявшихся. Рано или поздно, тебе все равно суждено остаться ни с чем – и снова бежать…

Уцелевшие – не строители нового мира, они — смертельно уставшие беженцы на руинах старого. Они отчаянно цепляются за жизнь, хоть их души давно убиты на той самой войне. Они одержимы воспоминаниями о том, что ушло безвозвратно. Погибло, сгорело, рассыпалось в прах прямо на их глазах. Безумие и самоубийство, предательство и бессмысленная жестокость давно стали чем-то обыденным, равно как и свежие трупы в кучах мусора вдоль торных дорог или прямо на улицах городков. Чем бы ты ни пытался продлить свое существование – все это лишь фигуры глобальной Пляски Смерти… Это – конец времен…

И все же… Выросло новое поколение. Не отягощенное горькими воспоминаниями. Апокалипсис для них — история. Великая Западная Пустошь  — их дом. Им идти дальше. Куда?

Об именах и о названиях

Третья Мировая война вызвала невиданное в истории смешение рас и народов. Придуманные в тиши правительственных кабинетов планы  и всевозможные программы «спасения наций» на практике быстро превратились в панические метания между сгорающими как спички «нейтральными странами» и «зонами безопасности». Окончание войны, распад государств и воцарившийся хаос вызвали новые волны миграций: из мест «благоприятных», ставших зонами новых конфликтов, в места менее комфортные, но более спокойные…

Исчезли границы, народы и нации. Как и миллионы лет назад человечество рассыпалось на кучки неприкаянных кочевников. Апокалипсический шок и новые условия выживания породили странный феномен. Судорожно цепляясь за воспоминания о прошлой довоенной жизни, люди словно стараются  защитить заветный «золотой век» от воплотившегося кошмара повседневной реальности, сознательно разрывая связи между «тогда» и «теперь». Большинство даже отказались от собственных имен, заменяя их прозвищами, именами выдуманными или «позаимствованными» у некогда популярных персонажей литературы, кино и телевиденья. Так, например, семерых налетчиков-гастролеров широко и печально знаменитой банды Понедельника зовут по дням недели: Понедельник, Вторник… и так далее, до Воскресения – единственного члена банды женского пола.

Похожая участь постигла и географические названия. Проходя даже по широко некогда известным местам, беженцы с пылом первооткрывателей давали всему и вся новые имена, как правило, вовсю изощряясь в пессимизме и  черном юморе. Карты Великой Западной Пустоши пестрят названиями вроде Погоста, Безнадеги, Гнилой Могилы, Чертовой Матери или Этой Хрени.  К довоенному трансъевропейскому шоссе прилепилось имечко Стреляный Тракт, а целый горный массив кто-то, видимо, из чувства противоречия, обозвал Гиблой Дырой… Впрочем, новому времени – новые имена. Более подходящие под это самое интересное время, не так ли?

О времени

Еще с одной странностью постапокалипсиса довольно часто сталкиваются те, кому приходится много странствовать по Пустоши, особенно вдали от нахоженных дорог. Здесь, среди почти изолированных крошечных поселений, кочующих таборов жестянщиков и отчаянных бродяг-одиночек, иногда попадаются заблудившиеся не только в этих гиблых просторах, но и во времени. Эти несчастные пребывают в полной уверенности, что со времен последней войны прошло каких-нибудь пять, семь, ну или там, десять лет! Хотя, есть и такие, что утверждают, будто ни о какой такой войне им даже прадеды не рассказывали…

Ученые Корпораций дали  весьма правдоподобное объяснение чисто психической природы этого феномена. Люди, пережившие войну, как бы выбросили из памяти самые страшные периоды своей жизни, а младшее поколение  попросту приписало столь яркое событие к своим серым будням. Впрочем, поскольку феномен непосредственно не касался проблем Хабов – серьезных исследований не проводилось. Что ж, может оно и так. Только чем тогда объяснить, что зеленые юнцы вдруг демонстрируют навыки и знания, которых им набраться было просто негде? Почему некоторые из них могут в деталях рассказать о событиях, что уже с трудом вспоминают седые ветераны? Почему эти самые ветераны иногда вдруг пялятся на этих странных юнцов, как будто воочию увидели призраков?

 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


восемь × = 48

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>